Совет БРИКС по космосу
Космический совет БРИКС — предполагаемый постоянный совещательный и координирующий орган межгосударственного объединения БРИКС, создаваемый для углубления многостороннего сотрудничества в области исследования и использования космического пространства в мирных целях. Решение о принципиальном согласии учредить Совет было закреплено в итоговой декларации XVII саммита БРИКС, прошедшего в Рио-де-Жанейро в июле 2025 года[1][2][3].
История
Идея создания специализированного органа для координации космической деятельности внутри БРИКС обсуждалась на протяжении нескольких лет на фоне активизации совместных проектов, таких как соглашение об обмене данными дистанционного зондирования Земли (ДЗЗ), подписанное в 2021 году. В 2022 году начал работу Совместный комитет БРИКС по космическому сотрудничеству, который заложил основу для регулярных встреч глав национальных космических агентств. Новый импульс переговорам придало председательство России в БРИКС в 2024 году. На встрече глав космических агентств в Москве тогдашний глава Госкорпорации «Роскосмос» Юрий Борисов выдвинул ряд инициатив, включая создание обмена данными о космических угрозах и возможность сотрудничества в рамках проекта Российской орбитальной станции (РОС). Окончательное решение было инициировано в апреле 2025 года. На встрече глав космических агентств стран БРИКС в Бразилиа глава «Роскосмоса» Дмитрий Баканов официально предложил создать Космический совет БРИКС. По его замыслу, новая структура должна была стать «ключевым совещательным органом» для выработки общих стратегий и устранения дисбаланса в развитии космических программ государств-участников. Предложение было поддержано коллегами, и в июле 2025 года лидеры стран объединения на саммите в Рио-де-Жанейро зафиксировали это согласие в итоговой декларации[1][2][3].
Цели и задачи
Согласно заявлениям представителей стран-участниц и итоговым документам, основными направлениями деятельности Совета станут:
- Координация совместных проектов: разработка и реализация многосторонних программ в области спутниковой навигации, дистанционного зондирования Земли и телекоммуникаций.
- Обеспечение безопасности космической деятельности: выработка общих подходов к проблемам космического мусора, управлению космическим движением и обеспечению долгосрочной устойчивости космической деятельности.
- Сокращение технологического разрыва: содействие сбалансированному развитию космических возможностей всех стран БРИКС, включая передачу знаний и опыта от государств с развитыми космическими программами (Россия, Китай, Индия) тем участникам, которые только начинают их развивать.
- Выработка общей позиции: консолидация усилий на международных площадках, в том числе в рамках ООН, для продвижения принципов неразмещения оружия в космосе и предотвращения гонки вооружений в космическом пространстве.
- Развитие кадрового потенциала: реализация инициатив в области космического образования, включая поддержку предложенного Россией проекта профильного меморандума для подготовки специалистов[1][2][3].
Перспективы и критика
Создание Совета рассматривается экспертами как важный шаг к переходу от преимущественно двусторонних соглашений к единой многосторонней политике в космосе в рамках БРИКС. Подчеркивается, что совокупный потенциал объединения значителен: страны БРИКС обладают несколькими космодромами (включая Байконур, Шрихарикота и Цзюцюань), производят около 100 запусков в год и располагают группировкой из более чем 1500 спутников. В качестве потенциальных долгосрочных проектов рассматривается создание совместной орбитальной станции или специализированного модуля БРИКС, а также углубление кооперации в области изучения Луны и дальнего космоса. Основными вызовами для работы будущего Совета являются разный уровень финансирования и технологического развития стран-участниц, а также риски вторичных санкционных ограничений для компаний, сотрудничающих с попавшими под санкции государствами объединения. Преодоление этих препятствий планируется достигать за счет развития государственно-частного партнерства и создания механизмов обеспечения технологической независимости[1][2][3].